— Дима, давай просто отпустим друг друга. Пять лет…

— Дима, давай просто отпустим друг друга. Пять лет…

— Дима, может, нам пора просто отпустить друг друга? Пять лет мы прожили в браке, а ребёнка у нас так и нет. Сколько можно мучить и тебя, и себя? Воспитывать чужого малыша я не смогу. Про суррогатное материнство даже говорить не хочу. А ЭКО… это огромные деньги, нервы и надежда, которая после очередной неудачи ранит ещё сильнее.

— Наверное, ты права, Лена. Видимо, одной любви действительно недостаточно, чтобы получилась настоящая семья.

— Мне от тебя ничего не нужно, Дим. Квартира принадлежит тебе. Я заберу свои вещи и вернусь к маме.

Они разошлись фактически в тот же день, когда подали документы на развод. Елена плакала ещё в коридоре ЗАГСа, потом во время оформления бумаг и после того, как всё закончилось. У Дмитрия тоже подозрительно блестели глаза, однако он упрямо молчал.

Из здания бывшие супруги вышли в разные стороны, словно между ними никогда не было пяти лет общей жизни, планов, надежд и обещаний.

Добравшись до матери, Елена наконец позволила себе высказать всё, что годами держала внутри.

— Его мать мне спокойно жить не давала. Каждый день внушала Диме, что я «пустая», что такая жена ему не нужна. Ну вот, теперь пусть радуется. Я освободила её драгоценного сына. Она ему уже половину дочерей своих подруг пыталась сосватать, а всё мало.

— Леночка, не изводи себя, — вздохнула мать. — Дмитрий взрослый мужчина, у него есть собственная голова. Мне кажется, зря вы так быстро решили разводиться.

— Мам, если бы ты хоть раз услышала, как она со мной разговаривала… То приезжала без предупреждения, то звонила, то требовала, чтобы я «перестала держать её мальчика возле себя». Я просто больше не выдержала.

В этот момент раздался звонок в дверь.

На пороге стоял Виталий, бывший одноклассник Елены.

— Привет. Я вчера видел, как ты приехала с сумками. У меня тоже жизнь перевернулась. Света умерла во время родов. Двойняшки сейчас живут в деревне с бабушкой. Моей маме ещё немного нужно доработать до стажа, а бабушка уже пожилая, одна с двумя детьми не справляется.

Елена нахмурилась.

— Вит, ты ведь пришёл не просто пожаловаться. Говори прямо.

— Моим мальчишкам нужна мама. Они скоро в школу пойдут. Не могут же они постоянно жить в деревне.

— Ты предлагаешь мне стать няней? Но я работаю, Вит.

— Не няней, Лена. Мама потом переедет к нам и будет помогать. А ты… Ты мне ещё в школе нравилась. Только тогда ты выбрала Димку со своего курса. А я потом женился на Свете. Честно говоря, большой любви между нами не было. Просто так сложилась жизнь.

Елена удивлённо посмотрела на него.

— А я была уверена, что ты уже сто лет обо мне не вспоминал.

— Вспоминал. Лен… выходи за меня.

Она даже растерялась.

— Виталик, ты совсем не изменился. Как всегда, без подготовки и прямо в лоб. Дай мне хоть немного прийти в себя и подумать.

— Давай сегодня подадим заявление. До регистрации будет два месяца. Вот тебе и время подумать.

Елена несколько секунд смотрела на него, а затем неожиданно кивнула.

— Хорошо. Уговорил. Завтра после моей работы приезжай к офису. Я адрес отправлю. Только сразу предупреждаю: никаких пышных свадеб, белых платьев и толпы гостей.

— Как скажешь.

Когда Виталий ушёл, Елена вдруг рассмеялась.

— Мам, представляешь? Ещё развод толком не пережила, а новый жених уже на пороге появился. Вот это у меня скорость.

— Виталий хороший человек, — задумчиво произнесла мать. — Надёжный. Свету только очень жалко. Она эту двойню тяжело носила, почти всю беременность по больницам лежала. Сердце у неё было слабенькое.

— Мам, только не рассказывай мне про беременности. Мне это всё равно никогда не пригодится.

Через две недели позвонила бывшая свекровь.

— Представляешь, Димочка с Юлей заявление в ЗАГС подали. Я сама не знала, что она уже беременная. Оказывается, третий месяц идёт.

Елена на несколько секунд замолчала.

— Передайте Дмитрию мои поздравления, — холодно сказала она и завершила разговор.

Телефон едва не выпал из её руки.

У Юли уже третий месяц беременности.

Получалось, в то время, когда они с Дмитрием снова и снова ходили по врачам, сдавали анализы, ждали результатов и переживали очередное разочарование после отрицательных тестов, он уже встречался с другой женщиной.

Елена медленно опустилась прямо на пол в прихожей.

Мать тут же подбежала и обняла дочь.

— Леночка, не надо так. Значит, не твой человек. Будет другой. Всё ещё устроится.

— Устроится? — Елена коротко усмехнулась, но голос тут же дрогнул. — Пять лет я жила с уверенностью, что со мной что-то не так. Что я бесплодная. А оказалось, возможно, просто мужчина рядом был не тот.

Вечером приехал Виталий.

Никакого букета он не привёз. Вместо него в руках был пакет мандаринов и папка с документами.

— Всё, заявление приняли. Регистрация назначена на восемнадцатое февраля. Двух месяцев тебе достаточно, чтобы окончательно определиться?

Елена молча кивнула.

Говорить ей не хотелось.

В голове снова звучали слова бывшей свекрови: «Третий месяц».